Я ценю такой формат. Для людей очень важно, чтобы за мега-проектами, за внушительными цифрами, за статистикой не потерялся их собственный, личный мир. Конкретный двор, конкретный дом, детская площадка, ближайшее место для выгула собак… Это все должно быть в фокусе внимания городских властей, и этого ждут петербуржцы.
Нынешний отчет прозвучал в завершении депутатского созыва, и я хочу отметить, что город не только научился строить мосты и развязки, но и выстраивать отношения, в том числе и с единственным соседом города - Ленинградской областью.
Почему так случилось и при каких условиях его можно будет привести в порядок - в этом коротком ролике с участием моего коллеги депутата Андрея Алескерова.
Говорят, что избыток информации – шум. А избыток площадок для общения – суета. Я сама с большой неохотой привыкаю к новым мессенджерам, особенно когда старые работают исправно. Но время диктует свои правила: в цифровом пространстве сегодня нельзя полагаться только на один «адрес».
Мое появление в Max – не попытка сменить обстановку. Скорее, это создание «запасного ключа» от нашего с вами общего информационного пространства. Платформа может вызывать вопросы, интерфейс казаться непривычным, но за всем этим стоит простая цель: мы не должны потерять друг друга из-за технических сложностей и внешних обстоятельств.
Я не призываю вас менять привычки. И все же если вы хотите иметь прямую связь со мной без посредников – заходите. Посмотрим, как приживется этот новый формат.
Подписаться на канал в Max: max.ru/join/2i240...
Радио часто воспринимают как фон: шум на кухне или в автомобильной пробке. Для меня же это профессиональная точка отсчета: работа по распределению после окончания журфака на местном радио в Тосно.
Районная студия начала восьмидесятых мало напоминала современные цифровые комплексы. Но именно там я получила главный урок: микрофон – прежде всего ответственность. В местном эфире нет дистанции. Ты не вещаешь на абстрактную «аудиторию», а говоришь с людьми, которых через час встретишь в магазине или на почте. В такой близости любая фальшь или неточность вскрываются мгновенно.
Радио научило меня главному – слышать паузы. В тексте, в собеседнике, в самом времени.
В эпоху визуального диктата, когда нас атакуют миллионы сменяющихся картинок, радио остается территорией воображения.
Сегодня часто говорят, что классический эфир умирает, уступая место подкастам и стримам. Но это лишь смена носителя. Суть та же: живая речь и умение рассказать историю так, чтобы слушатель почувствовал, что обращаются именно к нему.
С праздником всех, кто знает цену эфирного времени и вес каждого слова. И тех, кто когда-то, как и я, начинал свой путь в региональных редакциях.